Речь Спикера Кнессета Юлия Эдельштейна на Дне памяти Холокоста в Европарламенте. Брюссель, 24 января 2018 года

«Мои родители, Анита и Юрий Эдельштейн, не рассказывали много о том, что им довелось пережить в годы Холокоста. Потому я обратил больше внимания словам отца, сказанные им однажды: «Ты знаешь, у меня нет друзей детства». Я вдруг обратил внимание, что так оно и есть! Никто из его друзей не был дружен с ним со времен его юношества, в Киеве – со всеми он познакомился на более поздних этапах жизни - в Университете, или когда он жил уже в других местах. «Да, - продолжил мой отец, - все те дети, с которыми я играл, остались в Бабьем Яру».

Мне выпала честь представлять Израиль на церемонии, приуроченной к 70-тилетию этой ужасной трагедии. Стоя рядом с памятником, который установлен недалеко от центра Киева, я не мог отвлечься от мыслей о тех детях, которые когда-то весело играли неподалеку, и лишь один из которых – мой отец – остался в живых.

Мама рассказывала мне о жизни в гетто Шаргород, в Транснистрии. Рассказывала, как однажды украла пуговицы с одежды моего дедушки, для игры, в которую дети играли на улице. Я слушал ее, и мне казалось, будто жизнь в гетто не была такой уж ужасной – до тех пор, пока я не встретил женщину, выжившую там. «Знаешь, - сказала она мне, - твои родители и в самом деле очень тебя любят. Иначе бы твоя мама рассказала тебе правду о гетто Шаргород».

Дамы и господа, я хочу обратить ваше внимание на события, произошедшие в течение всего одного года. Евреи Бохума, в Германии, должны быть скрывать, кто они, из страха подвергнуться нападениям. В шведском Гетеборге синагогу забросали бутылками с зажигательной смесью. На митингах в Вене, Лондоне и Берлине звучали призывы убивать евреев.,

И мы не говорим про 1933 год. Дамы и господа, это были заголовки прошлого года.

Семь лет назад я стоял здесь и спрашивал: «Чему же мы научились?». Сегодня, после этих событий, я вновь спрашивают вам: «Чему мы научились»?

73 года назад мир содрогнулся от ужаса, когда открылись ворота Освенцима. Страны, разрушенные войной, пообещали предотвратить новое кровопролитие. Объединение наций и основы Европейского Союза были заложены, чтобы заменить военные блоки – экономическим и политическим сотрудничеством. Международное сообщество поняло, хотя и слишком поздно, что еврейский народ нуждается в собственном государстве. Еврейское государство было рождено 70 лет назад, и открыло свои двери всем евреям. Образ одинокого еврея, беженца, ищущего дом, ушел в прошлое.

С тех пор многое сделано на этом континенте, чтобы узнать больную правду о Холокосте. Политики, СМИ, академические структуры, и просто активные граждане вышли на борьбу с антисемитскими акциями и риторикой. Были созданы мемориалы, в память об исчезнувших еврейских общинах. В Европе сейчас намного больше знают о Холокосте.

И в то же время, вопреки всему сделанному, мне кажется, что возникшее после войны чувство необходимости этой миссии меняется, а потому насущные вопросы остаются без ответа.

Чему нас могут научить все те памятники, если синагоги по всей Европе нуждаются в круглосуточной охране? Эффективно ли изучение темы Холокоста, если евреи на Европейском континенте воздерживаются от того, чтобы надеть кипу, или кулон с шестиконечной звездой, из страха, что на них могут напасть?

Я стою здесь сегодня и вспоминаю предостережение Симоны Вейль, которая выжила в Освенциме, и потом стала председателем Европейского парламента. Она сказала однажды, что фразы «Никогда больше», никогда не бывает достаточно, чтобы уберечь будущие поколения. «Нужно больше, чем слова, больше, чем решения, больше, чем просто благие намерения», - сказала она.

Мы ценим, от всего сердца, те усилия, которые принимают в Европе для защиты евреев и борьбы с антисемитизмом. Но каким оказывается посыл, когда общественные лидеры в один день участвуют в шествии рука об руку с евреями, а на следующий день принимают участие в антиизраильском походе? Когда лидеры обнимают раввина местной общины после того, как было совершено преступление на почве ненависти, но в то же время относятся к ХАМАСу, как к легитимному участнику дискуссии? Когда подтверждается, что нападение было антисемитским – но после этого начинают бить Израиль, обвиняя его в военных преступлениях? Эти противоречивые посылы не вызывают доверия. Они лишь мешают нам выполнять наши общие обязательства.

В том же духе: я знаю, что делегация этого парламента недавно побывала в Тегеране. Я не в курсе, кто принимал участие в этой поездке, кто ее планировал, какие встречи были проведены. Но я знаю, что никто из них не упомянул об отрицании Холокоста, которое превратилось в будничное занятие иранского режима. Я уверен, что никто не протестовал против конкурса антисемитских карикатур, на тему Холокоста, использующих старые и наиболее вредящие антисемитские стереотипы. А произведение «искусства», который получило там первое место, заявляет, будто еврейский народ использует Холокост для извлечения финансовой выгоды, за счет всего мира.

Потому такое больше значение для нас имеет то, что в прошлом месяце одно государство - Соединенные Штаты – признало Иерусалим столицей Израиля, спустя 70 лет независимости, признав и наше древнее наследие, и современную историю. Я приглашаю и вас сделать это. Посетите, со мной, мою столицу, город священный – как и весь Израиль – для улучшения жизни, для развития здравоохранения и хай-тека, для духовного исцеления представителей всех религий. Вместе мы засвидетельствуем, как сбываются былые пророчества: «И будут старые люди в Иерусалиме… и улицы его заполнятся детьми».

Этот парламент является источником вдохновения для Европы и всего мира. Используйте его статус, чтобы задействовать ценности, на которых он был основан. Сделайте, чтобы в Европе нашлось место для любого из ее граждан. Вместе мы сможем положить конец антисемитизму, достичь идеала, приверженность которому мы вновь подтверждаем сегодня: более – никогда!»