Вячеслав Кантор: «Мы рассматриваем все варианты». Президент Люксембургского форума о способах решения ядерной проблемы Ирана.

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

В мае 2007 года на международной конференции в Люксембурге был создан Люксембургский форум по предотвращению ядерной катастрофы. Президентом оргкомитета конференции, в которой приняли участие ведущие международные эксперты в сфере ядерного нераспространения, и инициатором создания форума стал Вячеслав Кантор. Сегодня Международный Люксембургский форум по предотвращению ядерной катастрофы уже занимает одно из ведущих мест среди авторитетных независимых международных организаций. О том, как этого удалось добиться, президент Люксембургского форума Вячеслав Кантор рассказал «НГ».

– Вячеслав Владимирович, что удалось сделать за минувший год с небольшим?

– Напомню, что в работе международной конференции по предотвращению ядерной катастрофы в мае прошлого года приняли участие более 50 самых известных и авторитетных независимых экспертов из 14 стран. Почетными участниками конференции были Мохаммед Эль-Барадей – генеральный директор МАГАТЭ, Уильям Перри – бывший министр обороны США, Рольф Экеус – Верховный комиссар по делам национальных меньшинств ОБСЕ, Николай Лавёров – вице-президент Российской академии наук, Ханс Бликс – председатель Международной комиссии по оружию массового уничтожения (ранее – генеральный директор МАГАТЭ).

На конференции присутствовал также личный представитель президента России Сергей Кириенко, который огласил приветствие Владимира Путина, обращенное к его участникам, где была подчеркнута исключительная важность действий по предотвращению ядерной катастрофы.

Декларация Люксембургской конференции, подписанная участниками конференции и представляющая собой контуры «дорожной карты по снижению угрозы распространения ядерного оружия», вручена многим главам ведущих государств и представлена руководству ООН, ЕС, НАТО, ОДКБ и во многие другие органы.

В Наблюдательный совет форума вошли такие видные ученые и политики, как Сэм Нанн, Игорь Иванов, Ханс Бликс, Рольф Экеус, Николай Лавёров, Уильям Перри и Роальд Сагдеев. Предварительное согласие получено также от Генри Киссинджера.

В 2008 году в рамках Люксембургского форума в апреле в Москве и в июне в Риме были проведены две международные встречи с обсуждением и разработкой предложений по решению иранского ядерного кризиса и подготовке очередной международной Обзорной конференции по состоянию Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). Каждый раз эксперты не ограничивались обсуждением проблем, а разрабатывали конкретные согласованные предложения.

– Попытки мирового сообщества решить ядерную проблему Ирана в течение ряда лет пока не дали результатов. Что в связи с этим предлагает Люксембургский форум?

– Действительно, несмотря на четыре резолюции СБ ООН, три из которых наложили на Иран экономические, финансовые и другие санкции, Тегеран продолжает обогащение урана с постоянным наращиванием количества центрифуг нового поколения. Я считаю развитие ситуации в связи с этим чрезвычайно опасным, причем не только для региона Ближнего Востока.

Эти резолюции требуют, чтобы Иран приостановил процесс обогащения урана и другие работы по ядерному топливному циклу до тех пор, пока не будут сняты все вопросы, поставленные МАГАТЭ в связи с прошлой деятельностью Ирана в сфере ядерных и ракетных материалов и технологий в нарушение его обязательств по гарантиям МАГАТЭ в рамках ДНЯО.

Все члены рабочей группы Консультативного совета полагают, что ограниченные санкции, примененные к настоящему времени, являются недостаточными для того, чтобы убедить иранских лидеров соблюдать требования ООН. Наибольшую тревогу вызывает явное усиление решимости Ирана продолжать свои программы обогащения урана и сепарации плутония. Демонстративно отрицательная реакция руководства Ирана на Резолюцию СБ ООН № 1803 на фоне объявления об увеличении количества центрифуг в Натанзе с трех до девяти тысяч однозначно доказывает: потребуются дополнительные меры для того, чтобы добиться выполнения Ираном предъявляемых к нему требований, включая ужесточение санкций и более привлекательные стимулы.

Исключение из арсенала средств воздействия на Тегеран более жестких санкций, как и провозглашение необходимости решения вопроса исключительно дипломатическим путем, только поощряют линию руководства Ирана на затягивание переговоров. В результате иранское руководство продолжает наращивать возможности по обогащению урана и использует условия сотрудничества с МАГАТЭ в качестве инструмента давления на СБ ООН и международное сообщество.

На заседании были рассмотрены позиции и роль важнейших организаций и стран, непосредственно вовлеченных в данный процесс, включая СБ ООН,

МАГАТЭ, Группу ядерных поставщиков, Иран, США, Россию, Евросоюз и КНР. Эксперты также рассмотрели возможность непрямого или потенциального воздействия на ситуацию со стороны Израиля, Индии, Пакистана, Японии, Турции, арабских стран Северной Африки, Ближнего и Среднего Востока, Центральной Азии и Персидского залива.

Эксперты провели анализ правовых, финансово-экономических и энергетических аспектов кризиса и влияние внутриполитической и экономической ситуации в Иране на перспективы решения данной проблемы. Рассмотрена также возможность начала военной кампании и детально проанализированы последствия такой акции. При этом, заметим, признано, что может существовать взгляд на использование военной силы как на меньшее зло по сравнению с созданием Ираном ядерного оружия и его последующим распространением в регионе и в мире.

– Предложили ли эксперты форума конкретные варианты выхода из ситуации?

– Да, разработаны три возможных направления действий для решения иранской ядерной проблемы. Они имеют развернутую форму, поэтому я скажу о них совсем кратко.

По первому из них важным инструментом могут стать значительно более жесткие санкции как со стороны СБ ООН, так и вводимые отдельными странами в инвестиционной, торговой и других сферах. В то же самое время Ирану следует предложить детально проработанный перечень более привлекательных и инновационных политических и экономических стимулов, чтобы добиться выполнения им положений резолюций СБ ООН.

Второе направление предусматривает применение всех упомянутых выше санкций в случае невыполнения Ираном требований резолюции СБ ООН № 1803 без одновременного предложения каких-либо новых позитивных политических и экономических стимулов. Эти стимулы следует рассматривать только после восстановления гарантий и деятельности МАГАТЭ на основе Дополнительного протокола с расширенными возможностями инспекционной деятельности.

В третьем направлении действий по выходу из сложившегося тупика среди прочего предлагается принятие СБ ООН рамочной резолюции с указанием на возможность коллективных действий согласно статьям 41 и 42 Устава ООН в случае нарушения Ираном своих обязательств (то есть выхода из ДНЯО и перехода к созданию ядерного оружия). Напомню, что 42-я статья Устава ООН предусматривает различные формы силовых действий.

Вместе с тем должен подчеркнуть, что в настоящее время ситуация вокруг ядерной проблемы Ирана изобилует тревожным калейдоскопом противоречивой информации, обменом заявлений со стороны представителей Ирана, с одной стороны, США, Израиля и их союзников – с другой. Обстановка постоянно накаляется. Речь идет о возможных силовых акциях против Ирана в ближайшей перспективе.

Принятие соответствующей резолюции СБ ООН в сложившихся условиях в ближайшей перспективе представляется невозможным, если только не произойдут какие-либо экстраординарные события. Однако нельзя исключать несанкционированных СБ ООН силовых действий против Ирана. Если это произойдет, то с последствиями этого, так же как с последствиями войны в Ираке, придется столкнуться и, грубо говоря, расхлебывать все это будут вынуждены многие государства в Америке, Европе, в регионе Ближнего Востока и в других районах мира. И предусматривать эти последствия необходимо заранее.

Поэтому уже теперь эксперты Люксембургского форума проводят анализ вариантов возможных несанкционированных действий против Ирана, включающих одиночные удары по объектам ядерной инфраструктуры, воздушные удары различной интенсивности по всем ядерным и ключевым военным объектам, и другие варианты. Рассматриваются возможные ответные действия исходя из реального, а не декларируемого иранского военного потенциала, способность его перекрыть Ормузский пролив и тем самым воспрепятствовать проходу нефтеналивных танкеров и многие другие негативные последствия военных действий, в том числе направления потоков беженцев, изменение внутриконфессиональных отношений и прочее. Уже сейчас понятны крайне негативные последствия новых военных действий в этом регионе.

Однако если иранский ядерный кризис не будет решен политико-дипломатическими, экономическими и финансовыми средствами, то ведущим мировым государствам в конце концов придется делать выбор между тяжелыми последствиями новой войны на Ближнем Востоке и кризисом режима ядерного нераспространения с лавинообразным ростом числа ядерных государств.

– В связи с этим как вы оцениваете перспективы сохранения Договора о нераспространении ядерного оружия?

– Задача укрепления, сохранения незыблемости этого важнейшего в истории бессрочного Договора, участниками которого являются 188 государств, рассматривалась на заседании экспертов Люксембургского форума в июне этого года в Риме. Важно, что в нем приняли участие генеральный секретарь и президент Пагуошского движения.

Дело в том, что по этому Договору каждые пять лет проводятся Обзорные конференции, на которых собираются все участники Договора о нераспространении ядерного оружия и где рассматриваются вопросы его состояния и действенности. Последние две конференции в 2000 и 2005 годах были признаны неудачными по ряду причин, и одна из основных была связана с неудовлетворительным выполнением обязательств ядерных держав о ядерном разоружении.

Перед каждой Обзорной конференцией работают так называемые Подготовительные комитеты, задача которых состоит в тщательной отработке условий для успешного их проведения. Последний Подготовительный комитет работал в этом году.

Эксперты форума и руководители Пагуошского движения отметили ряд позитивных моментов в совместном заявлении пяти постоянных членов СБ ООН на заседании Подготовительного комитета 2008 года, однако сочли неприемлемым то, что в этом заявлении практически отсутствует какое-либо упоминание о теме ядерного разоружения. Поскольку пять ядерных держав – членов ДНЯО несут основную ответственность за процесс ядерного разоружения как одного из ключевых опор укрепления режима ядерного нераспространения и механизмов его реализации в мире.

В связи с этим эксперты Люксембургского форума предложили ряд конкретных шагов, которые должны обеспечить успешное проведение Обзорной конференции и укрепить режимы ядерного нераспространения.

В их числе безотлагательная ратификация США и Китаем Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний, достижение в ближайшее время соглашения о новом договоре между Россией и США по сокращению ядерных вооружений, которое последует за Договором СНВ-1 после истечения срока его действия 5 декабря 2009 года. Предлагается продолжить на новом этапе переговоры по Договору о запрещении производства расщепляющихся материалов военного назначения и ряд других. Я перечислил их кратко, а в Меморандуме по итогам заседания в Риме эти предложения наполнены конкретным содержанием.

В Риме еще раз была подчеркнута необходимость решения иранской ядерной проблемы на основе предложений московского заседания экспертов Люксембургского форума, о чем я уже говорил при ответе на второй вопрос.

Должен подчеркнуть, что самая серьезная угроза в обозримом будущем связана с возможностью получения террористическими организациями доступа к ядерным взрывным устройствам или ядерным материалам. Эксперты форума считают, что необходимо принять гораздо более интенсивные и широкомасштабные превентивные меры для повышения физической защиты, учета и контроля разделяющихся материалов во всем мире, ускорить ликвидацию высокообогащенного урана путем его перевода в низкообогащенный уран, основываясь на положительном опыте соглашения между Россией и США, усилить защиту ядерных электростанций, исследовательских реакторов и хранилищ ядерных боеприпасов. Предложен также комплекс мер по ограничению распространения технологий ядерного топливного цикла в новых странах.

Еще раз повторю, что для каждого из этих предложений рассмотрены конкретные механизмы реализации.

В целом ситуация с устойчивостью Договора о нераспространении ядерного оружия постоянно усложняется, и одна из ключевых причин этого – отсутствие решения иранского ядерного кризиса.

Эксперты Люксембургского форума продолжают исследования путей укрепления режимов ядерного нераспространения и намерены регулярно представлять свои предложения руководителям ведущих мировых держав, в СБ ООН и другие авторитетные международные организации.