Москва и Вашингтон могут сотрудничать по ПРО. Однако договориться об этом весьма трудно

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

Основными темами конференции по проблемам ядерного нераспространения и разоружения, проходящей с начала этой недели в Вашингтоне, стали перспективы ратификации Договора о СНВ и возможности сотрудничества России и США в сфере противоракетной обороны. Российские и американские эксперты, участвующие во встрече, считают, что такие возможности существуют. Но в том, какую форму может принять такое взаимодействие, мнения специалистов не совпадают.

«Мы исходим из того, что Договор СНВ-3 будет ратифицирован, потому что он нужен и нашим странам, и международному сообществу. Но важно, чтобы, когда он будет ратифицирован, на этом процесс не остановился», – заявил экс-министр иностранных дел России Игорь Иванов. Такого же мнения президент Международного люксембургского форума по предотвращению ядерной катастрофы Вячеслав Кантор. Он отметил, что у Пражского договора «есть серьезные перспективы» получить одобрение необходимых двух третей Сената США в ближайшие месяцы.

Американские участники конференции «2010: достижения и перспективы в сферах ядерного нераспространения и разоружения» проявляли меньший оптимизм. Как заявил «НГ» Уильям Поттер, директор Центра по изучению проблем нераспространения ОМУ Монтерейского института международных исследований, если договор не будет ратифицирован до конца года, то «он, возможно, вообще не будет ратифицирован». «Думаю, одобрение должно состояться скорее раньше, чем позже. Надеюсь, что у сенаторов достаточно времени для обсуждения документа до ноябрьских выборов в Конгресс. Меня ободряют итоги голосования в сенатском комитете по международным делам. 14 американских сенаторов высказались за документ при четырех «против», – пояснил собеседник «НГ». Это признак того, что к договору подходят, думая не о межпартийных разногласиях, а о том, что будет разумно для национальной безопасности США.

Поттер предположил, что поддержка договора со стороны сенатора-республиканца Ричарда Лугара в комитете по международным делам, возможно, станет примером для его коллег-республиканцев и поможет договору получить одобрение всего Сената еще до выборов 2 ноября.

Как полагают в Вашингтоне, если США и РФ ратифицируют ДСНВ, то тема противоракетной обороны и сотрудничества в этой сфере выйдет на первый план. Американский эксперт предположил, что для достижения подвижек по ПРО необходимым условием должна стать открытость США и НАТО для диалога. «Это будет нелегко. Но если ратификация ДСНВ будет свершившимся делом, можно будет сосредоточиться на ПРО, тактическом ядерном оружии, усовершенствованных обычных вооружениях и судьбе ДОВСЕ», – заключил Поттер.

Рецепт налаживания сотрудничества по ПРО предложил Игорь Иванов: «Если проанализировать ситуацию последних лет, можно увидеть, что тема ПРО была одной из самых острых в наших отношениях с США и НАТО. Поэтому надо сделать все возможное, чтобы снять эту остроту с проблемы». Недавно Иванов вместе с американским экс-сенатором Сэмом Нанном и Вольфгангом Ишингером опубликовали обращение с призывом начать трехсторонние переговоры по проблеме ПРО. «Мы прекрасно понимаем, насколько это сложная проблема и технически, и политически. Но если не начать говорить, никогда нельзя будет продвинуться. Для достижения договоренности по ПРО потребуются значительное время и усилия», – заявил дипломат в интервью «НГ».

Необходимо начинать с обсуждения самых базовых вопросов, прежде всего с оценки угроз нашим странам на евро-атлантическом пространстве и имеющихся технических средств для их отражения. «ПРО вбирает в себя вопросы доверия и транспарентности, а также изменения философии: преодоления разделения мира на «мы» и «они». Это (должна быть) общая ПРО, так как у нас общие угрозы и задачи», – резюмировал Иванов.

Но и с определением общих угроз, как выясняется, непросто. ПРО нельзя создать, пока Москва и Вашингтон не договорятся, от кого она должна защищать. По этой теме представители РФ и США ведут дискуссии уже больше года в рамках рабочей группы в составе Двусторонней президентской комиссии. При этом высокопоставленные дипломаты в Москве говорят о необходимости создать «бесконфликтную ПРО», то есть не имеющую объявленной антииранской направленности. Иначе это подорвет сотрудничество России с Ираном.

Но проблема не только в озабоченностях России. США, как утверждает бывший начальник Главного штаба РВСН генерал-полковник Виктор Есин, настаивают на том, что Москва должна присоединиться к той архитектуре, которую уже выработали американцы. Видимо, в ноябре на саммите НАТО в Лиссабоне утвердят четырехфазный адаптивный подход по ПРО США в Европе и она станет ПРО НАТО. Такой подход не создает предпосылки для сотрудничества.

В идеале, на взгляд Есина, РФ и США могли бы договориться об общем информационно-разведывательном компоненте ПРО. Идею Центра обмена данными следует реанимировать. Но срок подписанного Россией и США в 2000 году меморандума о его создании истек, а пока никто не позаботился, чтобы его продлить.

Более радужные перспективы рисует генерал Владимир Дворкин, председатель оргкомитета Международного люксембургского форума. Россия и США, а также европейские страны могли бы использовать свои информационные системы, совместное применение которых резко повышает эффективность. «Кроме этого вполне возможно использование боевых средств. Раньше мы проводили компьютерные командно-штабные учения с США и Европой, используя комплексы С-300 и Patriot. Теперь можно говорить об использовании новейших, стоящих на вооружении перспективных комплексов. Это обеспечило бы нам повышенную эффективность систем в случае пуска ограниченного числа ракет со стороны любых государств, в том числе неустойчивых и агрессивных. Но главный результат такого сотрудничества заключался бы в том, что мы в конце концов сформировали союзнические отношения, которые позволят значительно более согласованно принимать решения по противодействию кризисам режима ядерного нераспространения – иранскому и северокорейскому», – подчеркнул генерал Дворкин.

По его мнению, сотрудничество по ПРО позволило бы России и США уйти от состояния взаимного ядерного сдерживания, которое досталось в наследство от периода холодной войны. «Взаимное ядерное сдерживание – один из факторов, который мешает нам стать полноценными партнерами и даже союзниками», – считает Дворкин. Его идеи разделяет и бывший заместитель министра энергетики США по вопросам ядерной безопасности и администратор Национальной администрации ядерной безопасности посол Линтон Брукс.