Антисемитизм в метаморфозах. Вячеслав Кантор и его скорбный счет

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

Если антисемитизм — извечная болезнь человечества, то течение ее в каждом отдельном регионе приобретает свои специфические формы. К примеру, на (не «в») Украине в пору моего детства и юности он был подобен врожденному вывиху. Вроде ничто не беспокоит, не мешает прыгать и бегать, но чуть оступился, неловко поставил ногу, и ощутил приступ резкой ноющей боли.

В этой республике государственный антисемитизм напоминал густую гребенку, а помимо того, существовал еще и бытовой, привычный, уходящий заскорузлыми корнями в жирную почву, и как тут не вспомнить вурдалака Шевченко или жидоеда Ивана Франко. Государственный был четко регламентирован, со своими раз и навсегда (с 1948 года) установленными правилами игры. В украинский мединститут каждый год, а кое-где и в високосный, мог поступить еврейский ребенок — золотой медалист с «пуленепробиваемыми» родителями. Такой папа мог (случай из жизни) швырнуть на стол секретарю обкома партбилет вместе с заявлением об уходе, и тому ничего не оставалось, как звонить ректору, и назначалась переэкзаменовка. На «остепененных» родителей, особенно профессоров, заведующих кафедрами, распространялось негласное право приема их чад. Иняз, истмат, философия, юрфак фильтровались еще строже. Мой земляк, нынешний главный ученый министерства абсорбции Зеэв Ханин выбирал специальность (историю и английский) между Ярославлем и Архангельском, ну, конечно же Ярославль! (Меня этот пьяный и голодный город буквально поверг в шок в годы перестройки.) Известный в Израиле адвокат одессит Григорий Курзинер и помыслить не мог, что где-то до Уральских гор ему позволят стать жрецом Фемиды.

До приезда в Израиль я и предположить не мог, что в мое время евреи могли приобретать гуманитарные профессии. Как мой товарищ, главный редактор «Курсора» Макс Лурье, выпускник ташкентского журфака. Говорит, у них группа была наполовину еврейская. Я тут с удивлением узнал, что один мой коллега был инструктором горкома партии, другой заведовал корпунктом ТАСС, третий, четвертый и пятый редакторствовали. Видимо, на Кавказе и в Средней Азии гребенка государственного антисемитизма была пореже. Был у нас в городе еврей-гуманитарий в законе, правда, председатель антисионистского комитета.

Человек, которого утром на завод будил украинский гимн, и помыслить не мог, чтобы еврей нашел себе какое-либо применение, кроме технического, да и то там, где не пахло оборонными секретами. У нас в городе как на инопланетянина смотрели на военкома района — еврея, или на моего приятеля-майора — героя Афгана.

Когда евреи в семидесятые — пору моей учебы в институте — потянулись на выезд, самый проторенный маршрут был через Литву. Выменивали свои квартиры и радостно оставляли их литовским горсоветам, к взаимному удовольствию. Там, в Литве, все было несколько иначе. Рассказывают, что на медицинский факультет в Вильнюсе евреев не брали, а в каунасский мед — пожалуйста. Какие-то свои правила игры.

Вся современная российская эстрада (список еврейских фамилий можете набросать сами) вылезла из украинских филармоний, а точнее, была выдавлена в Москву в ту пору, когда агитацией и пропагандой и идеологией на разных постах вплоть до секретаря ЦК ведал будущий президент Украины Леонид Кравчук. Личность в понимании украинского государственного и бытового антисемитизма прелюбопытная. Где-то читал, что отец его во время войны спас еврея. Знает идиш, в детстве носил еду в лес бендеровцам, в зрелом возрасте на всех партийных должностях боролся с украинским национализмом, как, впрочем, и с международным сионизмом, и гнобил любые ростки свободы. Прибывшему на гастроли артисту или ансамблю после просмотра репертуара могли запретить и запрещали номера, разрешенные в либеральной Москве. У меня родственница пела в популярном днепропетровском ВИА «Водограй». Эффектная, броская, с ярко выраженной семитской красотой. Операторы на ТВ имели указание камеру на ней не фиксировать.

В Восточной Украине бытовой антисемитизм был умеренно разлит в воздухе помимо вредоносных канцерогенных примесей, которые источали многочисленные химические и металлургические предприятия. Он не был таким заклятым, как львовский, или державным, как киевский, он сопровождал вас, как запах пота и нестиранных носков в общем вагоне. Нам казалось, что мы в состоянии организовать себе проезд если не в СВ, то в купе. На этот литер необходимо было настраиваться с детства, демонстрируя железные успехи в учебе. Еврейского мальчика папы отдавали на борьбу и бокс, хотя мамы еще и водили на шахматы и в музыкальную школу. За «жиденка» нужно было сразу бить в морду, меня так папа учил. Эта установка лишила меня партийной карьеры. После пятого класса я за звонкий голос стал председателем совета отряда, успел пару раз поднять флаг над лагерем, и вот эта плюха по сопатке подвела итог дальнейшему росту. Меня хотели исключить из лагеря, но неожиданно все дети встали на мою защиту. Пост я, понятно, утратил, к скрытой радости отца, ведь отряд был имени Павлика Морозова.

Украинский бытовой антисемитизм в советские годы, как правило, был тихий, липкий и привычно противный. Еврей для простого украинца, особенно крестьянских кровей, был персонажем обыденным, соседским, малосимпатичным, но почти терпимым. В этом, собственно, отличие от антисемитизма русского, мистически-пещерного, особенно в местах, где живого еврея не водилось.

Вот интересно, согласно последней статистике антисемитизм в России идет на убыль. Тому немало причин — и почти полное исчезновение евреев из повседневной жизни (в одночасье собрались и уехали), и переключение ксенофобных настроений на мигрантов из Средней Азии и Кавказа, и возникшая исламофобия, когда Израиль воспринимается естественным союзником в борьбе с агрессивным исламским фундаментализмом. Наше государство тесно сотрудничает с Россией во многих отраслях, значит, антисионизм уже перестал быть государственной политикой, он лишен поддержки сверху. «Новый антисемитизм», то есть, нападки на Израиль, что, согласитесь, выглядит куда интеллигентней антисемитизма традиционного, в отличие от просвещенных Европы и Америки, не прижился в России, он там в ходу у маргинальных партий вроде ЛДПР и КПСС. Но популярность их, в особенности КПСС, если верить реальным результатам выборов в Думу, только растет, и вот я думаю, если цена нефти (а тенденция обозначилась) будет падать, кого назначат крайними? Ну, уж точно не таджикских гастарбайтеров. Скорее еврейских олигархов. Речь идет о латентном антисемитизме, который, признают исследователи, «в случае каких-либо социальных потрясений может перейти из латентной стадии в открытую».

Если с человеческого общества, как это неоднократно и бывало, снять тонкую пленку цивилизации, открывается звериное и страшное начало.

Ежегодно Центр Кантора при Тель-Авивском университете представляет результаты своих ежегодных исследований проявления антисемитизма в мире. Согласно докладу, в 2012 году зарегистрирован существенный рост числа актов агрессии и вандализма в отношении евреев, еврейских мест и объектов частной собственности евреев, особенно в Европе, США и Австралии. Не в Сирии, где громят синагоги, не в Турции, а в цивилизованном мире, ведь Вячеслав Кантор является Президентом Европейского еврейского конгресса. Рост последовал за двумя годами относительного снижения показателей после достигнутого в 2009 году максимума. В Европе наиболее ярко тенденция проявилась в Венгрии, Греции и на Украине, зачастую в рамках экстремистской, антисионистской и антиизраильской пропаганды. В моей Украине, где вполне интеллигентные люди голосовали за антисемитскую партию «Свобода», считая ее альтернативой двум надоевшим силам.

Всего за 2012 год было зафиксировано 686 инцидентов физического насилия, прямых угроз и крупных актов вандализма, что свидетельствует о 30-процентном повышении их количества по сравнению с 2011 годом (526 инцидентов). Зарегистрировано 43 вооруженных нападения на евреев, 98 нападений без применения оружия, 166 прямых угроз жизни евреев. Совершено 373 актов вандализма, в 190 случаях были осквернены синагоги, еврейские кладбища и мемориалы.

После террористического нападения на школу «Оцар ха-Тора» в Тулузе, когда от действий исламиста погибли четверо, включая трех детей, и был ранен один подросток, последовала волна агрессии и ненависти к евреям.

Увеличение числа проявлений антисемитизма во Франции составило 58% по сравнению с 2011 годом. Количество физических нападений, включая четыре инцидента с применением огнестрельного оружия, увеличилось почти вдвое.

В исследовании также отмечен существенный рост актов вандализма на еврейских кладбищах, особенно в Польше. Агрессивное преследование, направленное, главным образом, на евреев, имеющих отличительные черты принадлежности к еврейству, по-прежнему является частым явлением, особенно в Западной Европе, Северной Америке и Австралии. Продолжают учащаться случаи оскорбления и уличной агрессии в отношении евреев, особенно вблизи синагог и еврейских школ. В Австралии число проявлений агрессии, включая многочисленные случаи враждебных актов, было рекордно высоким. В Великобритании словесное оскорбление было самым распространенным видом проявления антисемитизма в 2012 году. Еврейских школьников по-прежнему выбирают в качестве объектов для антисемитских оскорблений и нападений во время занятий в школе и, особенно часто, по пути из дома в школу или обратно.

В Греции этот рост в значительной степени вызван экономическим кризисом последних лет, и сопровождается откровенно антисемитскими заявлениями лидеров и представителей этих партий в парламенте, а в Венгрии — стремительным ростом агрессивной антисемитской активности. В США приверженцы идеи превосходства белой расы считают, что представители белой расы обречены на вымирание ввиду «приливной волны цветных», которую контролируют и которой управляют евреи.

По словам Вячеслава Кантора, Венгрия демонстрирует наиболее тревожные расистские и антисемитские тенденции в Европе. «В настоящее время крайне тревожные сигналы исходят из Венгрии, где почти ни одна неделя не обходится без нападений на меньшинства или возмутительных комментариев со стороны ультраправых политиков, — заявил Кантор. — Растет популярность партии «Йоббик»: по последним опросам общественного мнения, «Йоббик» поддерживают 19% населения Венгрии. В 2010 году партия вошла в парламент, получив на выборах 12% голосов избирателей. Я несколько раз встречался с премьер-министром Венгрии Виктором Орбаном, но разочарован его бездействием в отношении «Йоббика».

Вячеслав Кантор также сообщил о том, что обратился к председателю Европейского парламента Мартину Шульцу, призвав его инициировать парламентские слушания и обеспечить постоянный контроль над развитием ситуации с антисемитизмом. Европейский Еврейский конгресс также призвал членов Комитета по гражданским свободам, юстиции и внутренним делам Европейского парламента провести открытые слушания по Венгрии.

Опрос, проведённый в январе 2012 года в десяти странах Европы, выявил, что антисемитские представления, такие как «евреи имеют слишком большое влияние в бизнесе», «евреи более лояльны по отношению к Израилю, нежели к стране, в которой живут», или «евреи слишком много говорят о событиях Холокоста», поддерживаются почти третьей частью опрошенных. Странами, где был выявлен самый высокий уровень антисемитских взглядов, стали Венгрия (63%), Испания (53%) и Польша (48%).

Демонизация Израиля, а особенно его приравнивание к нацистской Германии стало нормой, — понятия, часто проникающие в форумы основных политических течений, рассматриваются еврейскими активистами как оскорбление памяти о Холокосте. За антисемитизмом, скрытым за резкой критикой Израиля, как в Германии после публикации поэмы писателя Гюнтера Грасса, проглядывают до боли знакомые черты.

Ежегодно тысячи израильских школьников принимают участие в Марше жизни в Освенцим-Биркенау , число их растет от тысячи к тысяче. В 2012 их было 18 тысяч, в 2011 — 17. В этом году в нем примет участие начальник Генштаба ЦАХАЛа Бени Ганц, чьи родители пережили Катастрофу, а мать генерала, Малка, была узницей Освенцима. Я дважды был в Освенциме и видел, как буквально на глазах меняется сознание подростков, когда к ним обращается бывший малолетний узник другого гетто и лагеря смерти — рав Лау. Но видел и их равнодушие, когда наши израильские политиканы буквально пиарятся на этой теме. Подростки чувствуют фальшь. И потом, участие в Марше жизни не каждому израильскому родителю по карману, особенно русским матерям-одиночкам. Можно ли осуждать такую мать, которая сказала сыну: «Выбирай, или поездка в Польшу, или компьютер».

А не проще и дешевле ли отправлять наих ребят небольшими группами на малые родины их родителей, в Бабий Яр, в 9-й форт в Каунасе, в Румбульский лес под Ригой. А во дворе дома моей бабушки в Днепропетровске было гестапо, где каждую ночь шли расстрелы.

Моше Фейглин, известный своими резкими заявлениями, считает, что Израиль использует Холокост для достижения политических выгод. «Чтобы оправдать наше пребывание здесь, лимон из переживших Катастрофу выжимают до конца». Нужно не уклонятся от фундаментальных вопросов, они к нам возвращаются бумерангом. «Мы уже слышим претензии в Европе, что мы новые нацисты, последние белые колонизаторы, которые в Восточном Средиземноморье грабят угнетенных палестинских туземцев».

Но ведь кроме ежегодных слов скорби для этих несчастных, переживших Катастрофу, не делается толком ничего. 67 опрошенных жертв Холокоста недовольны отношением к ним со стороны еврейского государства, 57 процентов утверждают что за последние годы ничего не изменилось. На самом деле государство выплатило лишь две трети от положенной суммы компенсации. Они одиноки (во всяком случае, добрая треть), больны, им катастрофически не хватает на еду и лекарства, их в Израиле осталось 192 тысячи.

И не надо, соглашусь с Фейглиным, тащить всех в «Яд ва-Шем» против их желания.

Вот такие грустные мысли посещают меня накануне Дня памяти жертв Катастрофы. А вечером я поминаю своих уже покойных ветеранов — отца и другого деда, переживших войну, и еще одного деда, без вести пропавшего где-то под Ельней.