Выставка картин из коллекции Кантора захватывает дух

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

Хроники прекрасного. Гость «Вестей ФМ» — Инна Соломоновна Соловьева. Ведущие «Вестей ФМ» — Владимир Соловьёв и Анна Шафран

Ведущая: Инна Соломоновна с нами. Доброе утро!

Инна Соловьева: Доброе утро!

Ведущий: Утро тебе радости…

Инна Соловьева: Доброе утро, Андрей Вадимович! С праздником! С днем рождения!

Ведущий: Да, он нас сейчас, кстати, слушает. Он во время того, как я говорил, он прислал сообщение: «Практически тост! Спасибо!»

Инна Соловьева: Будем, будем еще и тосты произносить. Ну, что я вам хочу сказать? Может быть, спросить, как вы тут живете все, расскажите. Вот Дмитрий Сергеевич Лихачев говорил: «Катастрофически не хватает время». Катастрофически не хватает время для чего? Для встречи с прекрасным. Вот, я думаю, великие – они всегда правы. Действительно, вот на что, скажи, на что мы вообще убиваем свое время? Ну, вот на что?

Ведущий: На всякие глупости. Я вчера в пробке столько часов отстоял, что уже…

Инна Соловьева: То пробки, то выяснение отношений , то какие-то, я не знаю, что. А вот на встречи с прекрасным остается не так много времени. А вот есть ведь, где встретиться с прекрасным. Просто могу даже назвать совершенно конкретный адрес — это Музей изобразительных искусств имени Пушкина. Это… в высших словах вот могу только говорить: частная коллекция Вячеслава Кантора — это выдающееся событие вообще в нашей жизни. Вообще, пришло время, когда имена наших богатых людей — Алишер Усманов, Петр Авен, Давид Якобашвили, Виктор Вексельберг, Вячеслав Кантор — произносятся с такими уважительными словами, в таком уважительном тоне, когда речь идет об их конкретной и реальной помощи искусству, когда речь идет о том, что это идет собирание крупных коллекций, вот это коллекционирование — это страсть, это увлечение, это хобби? Наверное, это для кого как. Для кого-то страсть, для кого-то просто разумное такое приятное времяпрепровождение, но всегда коллекционеры и их коллекции играли очень большую роль. Если бы не было коллекции Морозова и Щукина, для наших художников, для целого поколения начала XX века остались бы закрытыми имена выдающихся западноевропейских художников. И то, что сейчас происходит, вот этот интерес живой к коллекционированию — это только все со знаком плюс. И нам от этого только лучше. Почему? Мы смотрели вот коллекцию Фаберже, мы видели великолепные работы — подделки под Фаберже мы видели в огромном количестве, а настоящего Фаберже видели очень немногие. И очень немного произведений. А благодаря Виктору Вексельбергу мы увидели эту совершенно уникальную коллекцию. Очень много делает Алишер Усманов. У Петра Авена — фантастическая коллекция. Но то, что представил вообще Вячеслав Кантор — это является необычным, и место, которое предоставлено ему и для его коллекции, тоже необычно, потому что это Белый зал Музея изобразительных искусств имени Пушкина и балкон, там, где показывают лучшее из лучших, самое-самое. Что же это за частная коллекция? Значит, во-первых, Вячеслав Кантор организовал музей – это его личный музей, Музей искусства авангарда «Магма». Музей существует 11 лет и насчитывает около 400 произведений. На выставке, которая открылась в музее Пушкинском, более ста произведений. Как говорит о своей выставке, как говорит о своем собирательстве сам Кантор? Он говорит так, что у него три составляющих. Что это чисто русское искусство, это чисто еврейское искусство, и это уникальное, необычное искусство. Вот всем этим трем постулатам выставка его и соответствует. Началось все с того, что он выбрал себе, или так вот судьба распорядилась, что рядом с ним были очень умные люди. Действительно когда появляются деньги и появляется вот такая страсть, нужно, чтобы рядом оказались советчики. Не те, которые думают о том, как бы им самим вот набить собственные карманы, поживиться, а действительно умные, талантливые, образованные и доброжелательные люди. Вот в окружении Кантора такие люди были. И большую роль сыграл художник Гриша Брускин, и большую роль играет Виктор Пивоваров, потрясающий художник и удивительной порядочности человек. И вот так получилось, что сразу и, наверное, талант самого Кантора, и его страсть, потому что он человек жесткий, азартный, как мне показалось, то и отбирал он свои картины вот с таким напором, и очень многие люди, которых он знал, давали ему просто зеленую улицу. Поэтому он стал обладателем некоторых совершенно необычных вещей. Открывает выставку не еврейский художник – Илья Ефимович Репин. Должна сказать, что картина Репина, которую я увидела, она большая. Она написана в 1974 году. Написана она в Париже в то время, когда Репин был стипендиантом и поехал в Париж. Называется она «Парижское кафе». У нее размер 120 на 190 с лишним сантиметров. Ну, мы знаем кафе в исполнении Огюста Ренуара, Эдуарда Мане, мы знаем эту удивительную импрессионистическую манеру, эти выхваченные лица, выхваченные огни.здесь совершенно все другое. Вот Репин видел художников-импрессионистов, но… и видел, конечно, их картины, но его подход к живописи совершенно другой. Показано парижское кафе, которое взволновано тем, что пришла женщина – одна, без сопровождения мужчины. Это было неприлично. И вот она сидит в центре, брови ее высоко подняты, она в черном платье, красавица с такими… и вот все, кто рядом, начинают обсуждать ее, и кто-то уже уходит из кафе, какие-то мужчины, а вот, может быть, уже им и вернуться – вот они увидели такую смелую, эмансипированную женщину. И вот это тоже остановленное мгновение, это тоже сценка из жизни. Здесь тоже вот эти огни мерцающие, какой-то загадочный золотистый фон. Но все прописано, чувствуется совершенно академическая манера изложения. И поэтому… т.е. она профессионально академическая. Академическая не в плохом, не в ругательном значении этого слова, а вот именно в профессиональном значении этого слова. И здесь группы людей, какое-то движение их, очень красивая композиция. Все выстроено так, что перед нами расстилается это действие, мы становимся его участниками. Эта картина дала мне очень многое в новом понимании образа Репина, его мастерства. Более ста этюдов написал он к этой картине. И этюды потрясающие. И там есть такие персонажи, которые служили моделями и для Мане, и для других художников-импрессионистов. Вот так получилось, что Кантор познакомился с Дмитрием Жилинским. Т.е. такой интересный, такой сильный художник, что я решила, что он абсолютно достоин того, чтобы сделать о нем отдельную передачу. Обязательно это сделаю. И вот оказалось, что Дмитрий Жилинский – это потомок, дальний потомок Валентина Серова. И так получилось – а очень много ведь в коллекционировании основывается на каких-то личных контактах, личных связях – и вот он узнал, что в доме вдовы… вот уже потомка вдовы Серова хранится один из эскизов «Похищения Европы». Серов написал всего 6 эскизов. И вот один, мы знаем, написанный маслом, он находится в Третьяковской галерее. А здесь один из эскизов, но, по моим понятиям, это один из лучших эскизов. Потому что все здесь необычно. Вот эта вот высокая волна всюду. Но лицо Европы – оно отстраненное, отрешенное, застывшее. И наоборот, все движение волн, неба, поза, дельфины, сам бык – вот все приходит как бы в реальное не противоречие, а вот составляет такой интересный дуэт с абсолютно неподвижным лицом Европы. Все, кто видели этот эскиз, говорят о том, что он действительно необыкновенный. Лучшие первые имена собраны в этой коллекции. В этой коллекции представлены художники начала 20 века. Все они, как правило, выходцы из России. Многие остались жить навсегда в Европе, кто-то переехал в Америку. Разнообразна была жизнь этих людей и, конечно же, их творчество. И Леон Бакст, и Зинаида Серебрякова, и Александр Тышлер, и многие… Роберт Фальк и многие-многие другие. Поговорим после рекламы.

И вот… что ты хотел сказать?

Ведущий: Мам, тебе пишут. «Сижу, слушаю, наслаждаюсь. Ну эту пробку! Вместо обеда пойду на выставку. Дарина». Дариночка, конечно, идите на выставку!

Инна Соловьева: Дарина, какое удовольствие вы получите! Это действительно выставка, от которой захватывает дух. Вот начало 20 века. Всюду революционные войны, перевороты, «мы наш, мы новый», «до основания», затем все – и тема «ню», вот обнаженной натуры. Вот казалось бы, ну вот… и вот вдруг решение, вот вдруг картина Зинаиды Серебряковой, которая любила эту тему, и насколько же хороша эта картина, насколько же…. Она тоже, наверно, была в пробках, Зинаида Серебрякова, и решила отдохнуть от войн и революций, просто вот написав эту тему. Здесь можно было впасть во всякие такие экспрессионистические чудовища, показать все отдельно, все тяжелое. Можно было впасть в салонный какой-то показ вот этого цветущего женского тела. А вот Зинаида Серебрякова нашла настолько правильную, верную ноту. такой очень какой-то неспокойный занавес, неспокойный второй план, неспокойный фон, и вот безмятежное обнаженное тело спящей девушки – и такие чувства, такие эмоции. Вот жизнь только пробуждается в этом молодом, цветущем, юном, чистом существе. Вот это… ну, очень, очень сильная работа, очень приятная работа. А какой Ладо Гудиашвили! Вот это сочетание иконописи и персидских миниатюр, воспевание грузинской удали, грузинских просторов, красоты жизни, природы Грузии. Кони, люди, кинто. И все такое… в таком красивом цвете это сделано, как музыка. Так и слышишь грузинское многоголосие. А совершенным открытием вот для меня лично были картины Александра Тышлера. Просто это открытие. И действительно много картин собрал Кантор Тышлера. И картины, которые оставляют такое странное впечатление, а вернее, не оставляют странное впечатление, а хочется к ним вернуться и вести разговор, диалог с художником и спрашивать его: «А почему?» Вот они очень серьезные. «Директор погоды», 1926 год. Вот такой вот Гулливер огромного роста, весь такой необычный, устремленный в будущее, в науку, весь такой человек, который управляет… он под зонтиком, а зонтик у него – просто метеолаборатория, в руке у него градусник, вообще одной ногой стоит в воде, другой на суше, — а вот из-за его ноги выглядывает мальчишка, который вообще струей своей обращен к зрителю. Вот как он умеет снижать пафос! Он и цветом снижает пафос. Вот «Директор погоды». Все такое какое-то розовато-сероватое, блестяще сделано все, блестяще сконструирована картина, блестяще вписаны фигуры. И остается ощущение такого сфумато. Как будто бы все вот выступает – это реальность, или это сказка? Это легенда, миф? Что это такое? Т.е. , ну, хочется на это смотреть, и хочется стоять и размышлять. Ну и, конечно, первые имена, как я говорила. Картина… вся выставка и называется так: «Отечество свое ношу в душе своей. Не верите, вхожу туда без визы». Конечно же, картины Марка Шагалла. Я когда стояла перед этими картинами, знаете, как-то не думаешь… ну, вот так я устроена: я не думала там… цена, но ведь есть совершенно опубликованные цены, аукционы. У меня нет воображения, сколько может стоить эта коллекция. Но то, что эта коллекция сделана с умом, со вкусом, и, конечно, за очень большие деньги, за нереально большие деньги, это действительно так. И то, что эта коллекция находится вот в этом новом музее (ну, 10 лет для музея – это не срок, да) «Магма». И то, что даже здания пока нет у этого музея (Кантор показывает свою коллекцию по миру, вот в Женеве была эта коллекция, теперь в музее изобразительных искусств им. Пушкина), и может быть, здание для этой коллекции, для этого музея будет построено и открыто в Москве. Конечно, это было бы настолько великолепно, т.е. об этом только можно мечтать. Кантор говорил, что он жалеет о том, что у него пока в коллекции нет ранних работ Шагалла. Они являются, по мнению искусствоведов, может быть, наиболее сильными. Но те работы 37-го, 38-го года – «Клон», «Музыкант» и другие – это Марк Шагалл, это узнаваемый, любимый нами художник. Это художник, который так и остался ребенком, это художник, который шел по жизни вперед, но с лицом, обращенным к любимому Витебску, к любимой жене. Это остался человек-мечтатель и реалист. Все, что в его живописи, сочетание несовместимого, но абсолютно как будто бы сделанное на одном дыхании, нет ничего в творчестве Жагалла, что бы вызвало у тебя чувство неприятия, такой дисгармонии какой-то. его творчество абсолютно гармонично, несмотря на то, что это могут быть мужчины и женщины, летающие по облакам, это могут быть петухи, крыши домов, это все, что угодно. Это местечко, которое он пронес с собой в жизни. Но это и доброта, которую он нес с собой по жизни. Вот одной из целей, которые ставил перед собой Кантор, создавая этот музей, — это цель толерантности. Убрать ненависть одной национальности к другой. Показать, что в любом народе, в любой нации есть выдающиеся, есть талантливые люди. И вот показать, как художники, российские художники влились в контекст западноевропейской культуры, в эту так называемую парижскую школу – он привез и скульпторов, Цадкина и других – это, конечно, очень интересно. Есть портрет Модильяни. Мне казалось, что уже нельзя просто купить Модильяни, и вот оказалось, что это возможно. Это портрет девушки в черном платье. Ну, что? Модильяни, иконописная, несмотря на то, что очень даны обобщенно черты ее лица, она абсолютно узнаваема, ее ни с кем не перепутаешь, эту девушку, которая существует в реальной жизни. Это девушка, которая жила несколько веков до этой реальной жизни и будет жить еще столько, сколько будем жить мы как люди, как человечество. Я как-то говорила, что наши музеи обделены творчеством, картинами великолепного художника, выходца тоже из России, Хаима Сутина. Выходец из маленького местечка, человек, одержимый страстью к рисованию. Вообще если говорить об этих людях, в них действительно, об этих художниках, в них жила вот эта страсть к рисованию. В них жила страсть к творчеству. Это было основное, на что они были способны. И я говорила, что вот Хаим Сутин – как рассказ о Золушке, которая… вот бедный мальчик приехал, не знал ни языка французского, не знал ничего, был голодным, писал эти туши, его выселяли из этого улья только потому, что эти туши воняли, он не мог нанимать себе натурщиков, поэтому писал тех людей, которые его окружали – и вот когда он разбогател, ничего не изменилось практически в его жизни. Те же консервные банки. Но это никакого отношения к творчеству его не имело и к его картинам. Потому что картины его – да, можно сказать, что это экспрессионизм, это вот наивысшее напряжение, но это ничего не сказать о них. Ну, что такое экспрессионизм? Какое-то отвлеченное понятие. Когда видишь эти деревья, которые изгибаются под напором ветра, когда видишь… ну, «Женщина в зеленом», лицо женщины, асимметрия – ну, она же уродливая, эта женщина, и она прекрасна, эта женщина. Вот как это у него получается? Она прекрасна потому, что она из этой жизни. Она прекрасна потому, что вот этими узловатыми натруженными руками она все сделала, всего добилась в своей жизни. Она прекрасна потому, что у нее глаза там на разном уровне, но у нее воротничок вот, жабо впереди. А написано все так, ты видишь, здесь положена какая-то жуткая красная краска, глаза вообще… нет вот, не может здесь… все мазки, вот эти энергичные, непонятные для нас, но они бьют в одну цель. А цель эта – вот взять нас за плечи так вот, встряхнуть и сказать: «Ну, посмотри же! Ну, посмотри внимательно!» И вот я об этой женщине, не зная о ней ничего, даже имени, я о ней узнала все. Я могу рассказать все об ее жизни. Как она вставала утром в неотопленной комнате, что это женщина-труженица, как она будила своих детей: «Идите…», т.е….

Ведущий: Думаю, что интересно. Вот Сутина по мазку сразу узнаешь.

Инна Соловьева: Конечно!

Ведущий: Вот моментально. Настолько алогичный, настолько другой, настолько свой… ну, конечно, фантастически.

Инна Соловьева: Любой художник, если он не нашел своего собственного живописного языка…. Темы? Темы могут быть разнообразными. Вот «Маленький кондитер», да, у него, кондитер из (нрзб.)

Ведущий: Он абсолютно мультяшный.

Инна Соловьева: Мультяшный. Но посмотри, какое горе, какое страдание. В общем если я вас заинтересовала, то не идите, а бегите на эту выставку. А какой Люсьен Фрейд, которого мы…

Ведущий: Куда бежать? Ты адрес скажи.

Инна Соловьева: В музей изобразительных искусств им. Пушкина, Волхонка, 14.

Ведущий: Гениальное пришло сообщение под конец передачи: «Да, при такой маме и я был бы Соловьевым!» Это справедливо: надо родиться в семье Соловьевых!

Инна Соловьева: Спасибо!

Ведущий: И запомните, какое сегодня число: 11.12.13. Проведите его осмысленно!