Некруглая дата

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

Столица объединенной Европы пахнет шоко ладом, пивом и дорогой кожей дипломатических кейсов, если, конечно, не заглядывать в иммигрантские кварталы. Там, чуть поодаль от туристских аттракций, идут рядами комиссионки подержанных вещей, мясные лавки, продуктовые магазинчики и таверны с итальянскими, греческими, турецкими, польскими, армянскими и болгарскими вывесками и снуют мусульманские женщины с детьми. Понимаешь, что где-то он есть, этот среднестатистический бельгиец, но за ним нужно ехать в провинцию. А сюда авиарейсами со всего мира ежедневно тысячами прибывают ухоженные озабоченные бесполые немолодые мужчины и женщины, деловито селятся в безликие и функциональные четырехзвездочные гостиницы и, не ощутив вкуса наспех поглощенной овсянки, деловито разбегаются по брюссельским офисам. Ряды мрачноватых зданий с зеркальными и затемненными стеклами сменяют современные стеклянные коробки, и на каждой — табличка с названием очередной еврокомиссии.

А нам, израильской прессе, вечером предстоит отправиться в зал имени Иегуди Менухина, на ежегодную церемонию, посвященную Международному дню памяти жертв Холокоста. Проверка документов, бейджик на булавке и, отдельно, разрешение на съемку, рамка досмотра — для любого израильтянина процедура вполне рутинная.

Европарламент — как Ноев Ковчег, нас уже подхватывают распорядители во фраках с золотыми бляхами, мечта дворецкого из сериала «Аббатство Даутон», куда-то вверх проводили делегацию напыщенных арабских шейхов, а года три назад нас провели через открывшийся зал имени Анны Политковской.

— 27 января 1945 года советские войска освободили Освенцим, современная Европа, -говорит президент Европейского еврейского конгресса Моше Кантор, — родилась из его пепла. Жар от сгоревших 69 лет назад шести миллионов еще не остыл, и виной тому не только наша память, но и усилия тех, кто его раздувает.

Открывший вечер памяти председатель Европейского парламента Мартин Шульц (а он родился через 10 лет после окончания войны) никогда не забывает, что его отец, хоть и не был нацистом, но служил в Вермахте. Он помнит эту отцовскую форму, хранившуюся дома. Германии понадобилось много лет покаяния, обнародования страшных злодеяний фашистов, антинацистских законов, чтобы перевернуть сознание немецкой нации. А ведь сразу после войны Гитлера вспоминали как эффективного менеджера, построившего дороги и давшего Германии хлеб и работу.

Германия пережила всеобщий процесс покаяния и передала эту память следующим поколениям, зато в странах-сателлитах Рейха, и даже в государствах, победивших в войне, возникают рецидивы нацизма. Они не покаялись и даже внушили себе мысль, что никоим образом не были причастны к кровавым преступлениям. А что бы смогли фашисты без активной помощи местного населения?! Партия «За лучшую Венгрию», партия «Йоббик», сегодня третья сила в стране. Венгерские преподаватели требуют изгнать с университетских кафедр своих еврейских коллег. Мартин Шульц привел в пример члена парламента в Будапеште, предложившего ввести регистрационные списки евреев как лиц, представляющих угрозу национальной безопасности: «Это не послание прошлого, это послание 2013 года. 565 тысяч венгерских евреев, — подчеркнул Мартин Шульц, -были депортированы в Аушвиц-Биркенау и уничтожены меньше чем за год».

Венгрия переживает сейчас тяжелый экономический кризис, и на этой волне поднимается партия, обвиняющая во всех своих бедах исключительно евреев, еврейский капитал и еврейское засилье.

Культ Атиллы, Нибелунгов, древних римлян, великих греческих воинов и богов, меняются только тоги, шкуры и доспехи, фигуры вождей-фюреров, а идеология едина. Точно также победно на волне экономического кризиса, «спровоцированного евреями», пришла в греческий парламент партия «Золотая заря». Правда, на сегодня Греция — единственная страна в Европе, где неонацистам был дан решительный отпор. Партия лишена государственного финансирования, взяты под стражу ее лидеры-парламентарии, лишены государственной неприкосновенности и отданы под суд. «Золотая заря» как нацистская партия через 70 с лишним лет повторила все методы штурмовиков Рема — убийства, запугивания, грабеж, рэкет. По счастью, в Греции после убийства певца-антифашиста Павлоса Пиффоса (а это было последней каплей) нашлись силы, которые прихлопнули эту нацистскую банду, терроризирующую целые города. Зал дружными овациями встретил выступление Антониса Самаранса, премьер-министра Греции, председательствующей сейчас в Евросоюзе.

— Моя мать, — сказал он, — родом из Салоник. Она помнит своих еврейских соседей, уничтоженных нацистами. Еще вечером эти люди были рядом, а через несколько часов эшелоны везли их на север, навстречу неминуемой гибели. Салоники были столицей греческих евреев — а превратились в «юденфрай», фашисты уничтожили 75 процентов населения Салоник.

27 января для всего европейского еврейства дата скорбная, о чем напомнил пронзительный документальный фильм о концлагере «Терезин» на территории Чехии. В этой бывшей тюрьме гестапо находилось 140 тысяч узников, в том числе 15 тысяч детей. 33 тысячи погибли в Терезине, 88 — депортированы в Освенцим и другие лагеря, где и были уничтожены. Освободили Терезин лишь 9 мая 1945 года.

Среди почетных гостей, поднявшихся на трибуну, был и президент Всемирного еврейского конгресса Рональд Лаудер, но не было, представьте себе, ни одного официального представителя государства Израиль, лидера партии, министра, депутата Кнессета. Правда, от партии НДИ в зале присутствовал Давид Голдовский, и справедливости ради надо сказать, что ежегодно бывал в Брюсселе спикер нашего Кнессета Юлий Эдельштейн, который сидел шиву по жене, Татьяне.

Однако в Освенцим в этот день, благодаря чеку нью-йорского миллиардера Стюарта Рара, прибыли более 60 министров и депутатов Кнессета, пресса и весьма представительная делегация. Их у гостиницы встречал пикет польских националистов с красно-белыми флагами и изображениями «тевтонского креста». «Защитники креста» накануне заявили, что израильтяне «нарушают польский суверенитет», потому как «в Освенциме уничтожали в основном поляков, а евреев отправляли в Биркенау, поэтому им в Освенциме нечего делать». Ублюдки выкрикивали входящим в отель израильтянам: «Хизбалла! Хизбалла!»

Об этом писали все ивритоязычные газеты, а вот о ежегодной церемонии в Брюсселе — очень скромно. И о «кнеле» — якобы футбольном, а на самом деле перевернутом нацистском приветствии 27 декабря вспоминал только президент ЕЕК Моше Кантор.

— Но, — горько подметил Моше Кантор, — этот жест демонстрируют в Аушвице, у мемориала жертв Холокоста в Берлине и даже напротив еврейской школы в Тулузе, где от рук фанатика погибли учитель и невинные дети.

Честно говоря, наша представительная делегация русскоязычной прессы от отсутствия израильских официальных лиц пребывала в легком недоумении. Вот что думать: либо мы монополизировали у себя в Израиле право на Холокост, либо виной тому наше извечное неумение считать на ход вперед и все поддались обычной кампанейщине, а раз была оказия, сорвались всем Кнессетом и полетели в Освенцим, но в любом случае игнорировать Европарламент мне представляется неразумным. Дескать, они нас в Брюсселе не любят, вот мы их и не замечаем?

Звучала траурная поминальная молитва «Кадиш», прочитанная главным кантором Большой Будапештской синагоги Ласло Фекете. Скрипач-виртуоз и посол доброй воли ЮНЕСКО Иври Гитлис исполнил рвавшую сердце музыкальную интерлюдию. 69 лет — дата некруглая…