Моше Кантор

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

Президент Европейского еврейского конгресса: когда какой-нибудь лидер говорит что-то почти антисемитское, люди предпочитают не реагировать и не усложнять.

Деятельность Моше Кантора, направленная на укрепление толерантности и достижение примирения, защиту прав человека и развитие межконфессионального диалога, а также его борьба с антисемитизмом и расизмом принесли ему в последние годы множество наград глав европейских государств, в том числе орден «За заслуги перед Итальянской Республикой» с присвоением ему звания Кавалера Большого креста (2013 год), высшая государственная награда, вручаемая негражданам Италии, и престижная награда Франции – Орден Почетного легиона (2010 год). Он возглавляет Группу Акрон, которая является одним из ведущих производителей и дистрибьюторов минеральных удобрений в мире, чьи акции котируются на фондовых биржах. Он приобрел первый актив Группы Акрон, государственное предприятие по производству удобрений на основе азотной кислоты, в России в 1993 году.

В 2012 году по оценке Forbes состояние г-на Кантора составило 2,3 млрд. долларов.

Он женат на Анне Кантор и имеет троих сыновей и дочь. Недавно я встретился с ним для интервью в его доме в Герцлии.

Как вам удалось остановить феномен «кнель»?

Мы начали тенденцию, и потом ее поддержали все остальные, чему мы очень рады. Нам не нужна монополия в этом вопросе. Мы начинаем, и нас поддерживают другие еврейские организации, например Всемирный еврейский конгресс… мы довольны, потому что мы пытались запустить именно этот процесс – цепную реакцию. Нетолерантность к нетолерантности, вот в чем смысл.

Силы любого еврейского лидера в мире очень ограничены, и мы должны действовать, как ледокол. Это может быть небольшой кусочек в огромном океане льда, но идея в том, что ледокол сильнее льда лишь вдоль узкой линии и когда он использует собственный вес, чтобы разбить этот лед.

Насколько серьезна сегодня проблема антисемитизма в Европе?

Антисемитизм существует в нескольких измерениях, в Европе и в остальном мире. Но Европа на протяжении многих тысячелетий служила основной сценой, на которой разыгрывалась трагедия.

Во-первых, есть антисемитизм явный и очевидный. За состоянием этого явления ведет наблюдение Центр Кантора при Тель-Авивском университете. Он совершенно реален, жесток и серьезен. И могу вам сказать, что дела обстоят не очень хорошо, но, правда, лучше чем в 2012 году.

Что представляет собой другой вид антисемитизма, о котором вы говорили?

Другой вид – это так называемый демократический или публичный антисемитизм, который с невероятной скоростью развивается в Европе и уже стал частью повседневной жизни.

Обычно еврейская диаспора, особенно в Европе, относится к этому толерантно. Практичные люди, когда какой-нибудь политик или банкир говорит что-то почти антисемитское, предпочитают не реагировать, потому что не хотят реагировать слишком сильно и делать ситуацию хуже, чем она есть на самом деле. Я думаю, что это иллюзия, потому что явление это усиливается, а удобрением является наша толерантность к нему. Мы терпим и терпим, а явление растет и растет.

Именно поэтому, после серьезных дебатов мы, Европейский еврейский конгресс, приняли коллективное решение выступить жестко в деле против Анелька. Как правило, люди не хотят затрагивать публичных фигур или звезд, так как не хотят привлекать внимание к себе. Мы говорим нет, здесь другой случай. Кнель – это перевернутый нацистский жест. Так что мы решили разобраться с этим.

Каким образом?

Я должен сказать, что мы почти проиграли дело против [французского комика] Дьедонне [Мбала Мбала]. Французская общественность полностью отказалась от борьбы с Дьедонне десятилетие назад. Этот с позволения сказать комик вот уже десять лет продолжает свои антисемитские шоу, а еврейская община и французское правительство относилось к этому толерантно. По крайней мере, пока к власти не пришел этот многообещающий человек – Премьер-министр Мануэль Вальс. Он на деле продемонстрировал свою оппозицию, и мы решили его поддержать.

Мы начали кампанию в печатных и других СМИ против Анелька как сторонника Дьедонне. После проведения глобальной кампании против Анелька французское правительство воодушевилось и приняло жесткие меры в отношении Дьедонне.

Мы именно этого добивались. Я искренне аплодирую Премьер-министру Вальсу и Президенту Франсуа Олланду, потому что они обратились в Верховный суд и добились полного запрета на его представления.

Я также был крайне удовлетворен решением, принятым Министром внутренних дел Великобритании Терезой Мэй, объявить его персоной нон грата на территории Великобритании.

Насколько вы обеспокоены ростом популярности ультраправых партий в Европе?

Евреи не довольны жизнью в Европе; они напуганы сложившейся ситуацией. Статистика приводит в ужас. Большинство евреев не чувствуют себя в безопасности и предпочитают не показывать, что они евреи на улицах Европы. Это очень тревожит.

То, что происходит сегодня в Европе, – это кризис исторической памяти. Вот почему ультраправые партии процветают в Европе.

Результаты выборов в Европарламент могут означать конец Евросоюза. Все потому, что в Европарламенте блок, который может быть сформирован ультраправыми, ультралевыми и евроскептиками, может достичь 20%, что позволит им блокировать решения по вопросам бюджета и финансирования. Кроме того, они потребуют предоставить им представительские функции в Еврокомиссии.

Звучит как страшный сценарий.

Звучит как повторение сценария … в нацистской Германии около 90 лет назад, а это очень страшно. Вот почему я обеспокоен появлением сегодня неонацистских партий в Европе. Это не только «За лучшую Венгрию» и «Национальный фронт» во Франции; это не только «Золотой рассвет» в Греции. Это нечто большее.

Во-первых, самая большая проблема, стоящая перед Европой, это распространение ядерного оружия вне правового поля. Второе, это неконтролируемая миграция, которая в свою очередь служит причиной третьего явления, а именно возникновения агрессивных, закрытых этнических общин, в основном исламских, но и не только.

Четвертое, это распространение терроризма, например группировка Хезболла, которая имеет отделения практически во всех странах мира.

И новая проблема – это возникновение неонацизма. Принципиальное различие в том, что неонацисты не имеют особой идеологии, а просто стремятся захватить лидерство в своих странах и проявлять агрессию.

Границы между этими проблемами становятся все более размытыми. Их объединение приведет к очень опасной катастрофе. Поэтому нам надо быть особенно осторожными по отношению к росту неонацизма.

Вот почему мы говорим всем лидерам Европы: Будьте осторожны! Это не просто антиеврейское явление, это антинациональное явление. Именно поэтому мы уделяем столько внимания этой проблеме и проводим конференции, последняя из которых состоялась в Санкт-Петербурге с участием представителей 20 стран.