Терезинская трагедия — боль еврейского народа, но и русского тоже

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

В конце января Прагу посетит российская писательница Елена Логунова. Широкому кругу читателей она известна по ироническим детективам. Но в Чехию Елена приезжает в другом амплуа. В минувшем году в Германии на русском языке вышла её документальная книга «Терезин — боль русского сердца». Это пронзительное свидетельство жизни детей в концентрационном лагере Терезин автор представит в дни пражского международного форума «Жизнь народу моему!», посвящённого 70-летию освобождения всех нацистских лагерей смерти.

— Елена, с чего всё началось? Как вы нашли эту тему?

— Всё началось с Пушкина. Вернее, с задумки поставить в Праге памятник великому русскому поэту. Коллеги из Союза русскоязычных писателей в Чешской Республике попросили меня помочь с обоснованием соответствующей необходимости, я зарылась в Интернет в поисках каких-то связок «Пушкин — Чехия» и откопала заметку в провинциальной газете. Автор текста рассказывал о том, что видел в Еврейском музее в Праге листок с рукописным текстом, оказавшимся неизвестным переводом фрагмента «Евгения Онегина».

Я поискала ещё и узнала, что автор перевода профессор Вальтер Эйзингер тайно преподавал русский язык и литературу группе юных узников Терезина. Я написала об этом небольшую статью, которую опубликовал журнал «Пражский графоман», и попросила чешских коллег помочь мне получить доступ к архивам Терезина для продолжения работы. Соответствующее разрешение нам дали, и архивы музея оказались такой сокровищницей, что уникальной информации хватило и на книгу, и на небольшой фильм.

— Это документальный фильм «Я помню…»?

— Совершенно верно. В нём мы показали отдельный момент, который смотрится как самостоятельная тема. Это история 115 детей, которые в Терезине прочитали книгу советских писателей Пантелеева и Белых «Республика ШКИД» и организовали свою собственную Республику ШКИД в гетто. И вся жизнь этих ребят проходила в двух пластах — был концлагерь, в котором они жили, и была другая, очень богатая культурная жизнь. Были лекции, которые им читали, был журнал, который они выпускали. Очень впечатляющий контраст.

— Давайте про историю с фильмом подробнее. Там ведь не обошлось без скандала, не так ли?

— Увы, не обошлось. История с фильмом «Я помню…» поначалу складывалась благополучно. Я собрала съёмочную группу: оператор — известный в Австрии «медийщик» Денис Пименов, монтажёр — опытный краснодарский видеоинженер Сергей Перепелицин, оба — мои давние коллеги, проверенные в работе над проектами для разных телеканалов. Автором и режиссёром фильма выступила я сама. Оргвопросами занимался Сергей Владимирович Левицкий, руководивший Союзом русскоязычных писателей в Чехии. СРП в ЧР профинансировал мой перелёт из Краснодара в Прагу и обратно, билеты на поезд для оператора из Вены в Прагу и обратно, оплатил для съёмочной группы гостиницу в Терезине и выплатил небольшие гонорары оператору и монтажёру. Мне, как автору и режиссёру, гонорар пообещали, но за пять лет так и не выплатили. Затем С. В. Левицкому удалось получить финансирование на воспроизводство 1 тысячи экземпляров диска с фильмом, но меня об этом даже не уведомили, хотя, как сценарист и режиссёр, я являюсь законным обладателем авторских прав на это произведение. О тиражировании нашего фильма на чешской киностудии и о состоявшейся в Праге презентации напечатанного тиража я узнала только из газет. Не скрою, это меня возмутило и обидело, но добиться от С. В. Левицкого хотя бы извинений, не говоря уж о невыплаченном гонораре, мне не удалось. Извинения мне принесло только Посольство РФ в Чехии. В итоге я воспользовалась авторским правом перевести фильм в категорию общественного достояния, так что теперь он находится в открытом доступе, и любой желающий его посмотреть, воспроизвести или показать может это сделать свободно и бесплатно.

— А как складывалась судьба вашей книги о терезинских событиях?

— Неровно. Да это и понятно — тема такая, знаете, негладкая. Я постаралась показать трагедию Терезина таким образом, чтобы стало понятно, что не только евреям, но и нам, русским, эта трагедия не чужая. Потому что в Терезине русская культура имела совершенно особое значение. Там ставились спектакли российских авторов — Чехова, Гоголя. Там переводили русских поэтов — Пушкина, Лермонтова, Блока, Есенина, Маяковского, Тэффи. Там исполняли музыку русских композиторов. Там было очень много таких духовных привязок, очень много людей, которые так или иначе были связаны с культурной жизнью России. Терезинская трагедия — боль еврейского народа, это бесспорно. Но она и боль русского народа тоже.

— Нашлись те, кто с вами не согласился?

— Да нет, наоборот. Эта моя работа на разных стадиях получила одобрение Министерства культуры РФ, Фонда «Русский мир», Посольства РФ в Чехии, Международного союза российских соотечественников, Пражского магистрата. «Цель проекта — сохранить живую память о событиях в Терезине — достойна восхищения. Мы желаем вашему проекту всяческих успехов», — отметил МИД Нидерландов по поручению Её Величества Королевы Беатрикс. В 2009 году я и С. В. Левицкий, как автор подстрочников для моих переводов стихотворений узников Терезина, выполненных для этой книги и фильма, стали лауреатами премии «Золотое перо Руси». За эту же книгу я получила «Серебряное перо» в номинации «За высокую гражданскую позицию в журналистике». В 2010 году с фрагментом этой книги я стала лауреатом Всероссийского конкурса «Отечество» и призёром национального конкурса «Русский мир: память сердца». Книга также была номинирована на Независимую премию Прикарпатской Руси — 2010.

В общем, все меня хвалили, только книгу долго не печатали. СРП в ЧР — всё тот же Сергей Владимирович Левицкий — предложил издать её с условием, что я поставлю на обложке копирайт СРП в ЧР и таким образом откажусь от авторских прав на эту книгу. Я не согласилась. Это важная для меня работа.

В 2009 году книгу опубликовал российский информационный портал «Капитал страны», у электронной версии было больше 16 тысяч читателей — а это очень хороший результат для некоммерческого произведения. В прошлом году я получила предложение от немецкого издательства и приняла его. Книга «Терезин. Боль русского сердца» была издана в Саарбрюккене в прошлом году, и я рада предоставленной мне возможности передать и книгу, и полученное за неё «Золотое перо» в музей Терезина.

— Документальная книга, с которой вы приехали в Прагу, для вас нетипична. Над чем вы работаете сейчас?

— Над тем, что для меня типично — над очередным увлекательным ироническим детективом, а также над новой весёлой историей для детской книжки. Таких произведений у меня уже с полсотни, они продаются в 28 странах на русском, английском, польском, китайском и корейском языках.

— А на чешском нет?

— На чешском пока нет. И книжки мои в Чехии проще заказать, чем купить. Но всем, кто придёт на мою встречу с читателями, я с удовольствием подарю самую популярную из моих детских электронных книг — «Дрессировку дракона». На русском!