Число инцидентов на почве антисемитизма в 2015 году сократилось почти вдвое — глава ЕЕК

КАТЕГОРИЯ

ПОДЕЛИТЬСЯ

Число инцидентов на почве антисемитизма с проявлением насилия в 2015 году значительно сократилось по всему миру, однако наблюдается рост «институционального антисемитизма». Об этом говорится в Годовом отчёте о состоянии антисемитизма за 2015 год, подготовленном Центром Кантора по изучению современного европейского еврейства при Тель-Авивском университете.

По данным доклада, в течение прошлого года было зафиксировано 410 случаев проявления насилия по сравнению с 766 случаями в 2014 году. Таким образом, число инцидентов сократилось почти вдвое.

Как заявил на церемонии презентации отчета президент Европейского еврейского конгресса (ЕЕК) Вячеслав Кантор, одной из причин такого сокращения стало масштабное усиление мер безопасности в еврейских учреждениях после январских атак в Париже. «Это подтверждает тот факт, что на таких еврейских объектах, как кладбища и памятники, которые обеспечены менее серьезной охраной, не было зафиксировано сокращение числа антисемитских инцидентов, а в странах Центральной Европы и Скандинавии, где меры безопасности были усилены несущественно, не наблюдалось значительного сокращения инцидентов», — отметил Кантор.

При этом, по его словам, сейчас наблюдается рост «институционального антисемитизма». В качестве примера он привел события в британской Лейбористской партии. В 2014 году депутат палаты общин Наз Шах в социальной сети Facebook («Фейсбук») предложила «переместить Израиль в США» и таким образом решить израильско-палестинский конфликт. После того как 27 апреля текущего года ее членство в партии было приостановлено, в центре скандала с антисемитскими высказываниями оказался бывший мэр Лондона Кен Ливингстон. Вступившись за соратницу, он заявил в эфире радио Би-би-си, что «Гитлер был сторонником сионизма и поэтому считал, что евреи должны быть отправлены в Израиль».

Как отметил Кантор, для борьбы с «институциональным антисемитизмом» необходима выработка «такого определения антисемитизма, которое было бы известно всем и использовалось бы судебными и правоохранительными органами». «Мы не сможем по-настоящему бороться с антисемитизмом и существенно снизить уровень этой его новой коварной формы до тех пор, пока не дадим ему определение», — уверен он.